Нацбанк: склонность казахстанцев к сбережениям выросла до 17,3%, долговая нагрузка — до 5,9%

В отчете о финансовой стабильности за 2025 год Национальный банк отметил, что на фоне замедления роста реальных доходов и расходов склонность казахстанцев к накоплению средств заметно выросла. При этом долговая нагрузка населения продолжила увеличиваться.

Директор департамента консалтинговых услуг AERC Ерасыл Серикбай в беседе с LS предположил, что накопления могут формироваться за счет состоятельных граждан, тогда как население с невысоким заработком компенсирует падение реальных доходов кредитами. По его словам, такой сценарий экономически обоснован, но утверждать, что именно определяет динамику сбережений и кредитования в Казахстане, без дополнительных данных нельзя. Для этого необходимо учитывать распределение доходов, сбережений и кредитной задолженности между различными группами населения.

Согласно отчету Нацбанка, индекс реальных денежных доходов казахстанцев снижался на протяжении всего 2025 года и достиг (-)2,3% в IV квартале. Эксперт говорит, что это свидетельствует об ослаблении покупательной способности населения под влиянием инфляционного давления, несмотря на рост номинальных доходов. В таких условиях финансовые возможности разных групп населения существенно различаются. По данным Нацбанка, домохозяйства с наименьшими доходами вынуждены тратить на продовольствие 61,6% своего бюджета, тогда как у наиболее обеспеченных групп соответствующая доля составляет 52%. Малообеспеченные казахстанцы оказываются более уязвимы к росту цен на продукты питания.

«Поскольку значительная часть бюджета домохозяйств с низкими доходами направляется на базовые потребности, возможности для формирования сбережений у них ограничены. В то же время домохозяйства с высокими доходами могут сохранять положительный баланс между доходами и расходами даже при росте цен. В результате при одинаковом темпе роста цен часть населения с высоким доходом может продолжать накапливать средства, тогда как вторая группа вынуждена сокращать потребление, использовать ранее созданные накопления или прибегать к заимствованиям», — пояснил он.

В прошлом году склонность казахстанцев к сбережению достигла 17,3%, в то время как доля затрат на обслуживание долга выросла до 5,9%, что указывает на существенное увеличение долговой нагрузки населения. При этом к концу 2025 года темпы роста расходов показали отрицательную динамику — (-)4,4%. Совокупность этих показателей указывает на неоднородность финансового положения домохозяйств и изменение структуры их финансовых решений, подчеркнул собеседник LS. Однако, по его словам, средние показатели еще не указывают на то, кто именно формирует прирост вкладов, а кто чаще берет кредиты.

«Таким образом, неравномерное распределение возможностей для сбережения вполне может объяснять одновременный рост депозитов и кредитной нагрузки. Однако корректнее говорить о вероятном различии в финансовом поведении домохозяйств, а не о доказанном перераспределении сбережений от одной группы населения к другой», — считает эксперт.

Драйверы роста вкладов

Оценивая ситуацию на депозитном рынке, Е. Серикбай привел данные КФГД за II квартал 2026 года, которые стали рекордными по приросту объема вкладов физлиц за весь период функционирования системы обязательного гарантирования депозитов. За три месяца он увеличился на 1,9 трлн тенге (+7%), превысив 30 трлн тенге. В годовом выражении прирост составил 4,6 трлн тенге (+18,3% г/г).

Такую динамику эксперт объяснил сочетанием нескольких факторов. Во-первых, замедление инфляции в Казахстане — 10,3% по итогам первого полугодия 2026 года. Замедление роста потребительских цен снижает неопределенность относительно будущей покупательной способности. Во-вторых, укрепление нацвалюты, которое повышает привлекательность тенговых вкладов относительно валютных инструментов, хотя этот эффект зависит от ожиданий вкладчиков о дальнейшей динамике курса. В-третьих, сохранение высоких ставок вознаграждения по депозитам на фоне жесткой монетарной политики, которая находилась на уровне 18% с октября 2025 года по июнь текущего года. При этом объем вкладов в инвалюте практически не участвовал в формировании прироста рынка, а изменение их тенгового эквивалента объясняется валютной переоценкой. Ключевым источником расширения депозитной базы стали именно накопления в тенге.

Отдельного внимания, по мнению Е. Серикбая, заслуживает изменение структуры вкладчиков. Депозиты до 15 млн тенге по-прежнему занимают наибольшую долю в совокупных вкладах. Наряду с этим постепенно увеличивается доля среднего сегмента (депозиты от 15 до 50 млн тенге), его годовой прирост опережает остальные группы. Также увеличилось количество счетов физлиц, достигнув 222 млн по итогам II квартала 2026 года.

«Однако динамика совокупного объема депозитов не позволяет установить, какой из двух факторов вносит больший вклад: экстенсивный — рост числа вкладчиков — или интенсивный фактор — увеличение среднего размера накоплений на одного вкладчика, поскольку необходимо учитывать и начисленные проценты, валютную переоценку и изменение состава вкладчиков», — уточнил он. В целом непосредственным драйвером роста депозитов по итогам II квартала 2026 года является прирост суммы тенговых средств. Однако эксперт подчеркнул, что установить, какая доля прироста связана с увеличением накоплений существующих клиентов, а какая — с появлением новых вкладчиков, сложно.

Станут ли вклады менее выгодными при низкой базовой ставке?

По словам Е. Серикбая, смягчение монетарной политики создает условия для постепенного уменьшения ставок вознаграждения по депозитам, но не приводит к одномоментному снижению доходности вкладов и не обязательно затрагивает все виды данного продукта.

«Высокие ставки вознаграждения были одним из значимых факторов прироста депозитной базы за II квартал 2026 года. Следовательно, снижение ставок по вкладам может уменьшить привлекательность новых депозитов, особенно если инфляция будет оставаться относительно высокой. Для вкладчика имеет значение не только номинальная ставка, но и реальная доходность, то есть прирост покупательной способности накопленных средств после учета инфляции», — отметил он.

В то же время связь между базовой ставкой и доходностью депозитов не является механической, объясняет эксперт. Банки корректируют ставки с учетом сроков привлечения средств, потребности в фондировании и конкуренции за клиентов. Помимо этого, часть вкладчиков может стремиться зафиксировать действующие ставки до их дальнейшего снижения, что временно поддержит спрос на отдельные виды вкладов. На этом фоне Е. Серикбай подчеркнул, что смягчение монетарной политики будет постепенно уменьшать доходность депозитов, но не обязательно приведет к оттоку средств из банков.

«Масштаб реакции будет зависеть от динамики инфляции, величины реальной доходности, условий предлагаемых депозитных продуктов и ожиданий населения относительно дальнейшего изменения ставок. При сохранении положительной реальной доходности и доверия к банковской системе вклады могут продолжать выполнять функцию основного инструмента сбережения для широких групп населения», — считает он.

Также Е. Серикбай не исключает сценария, когда в условиях низких ставок часть населения вместо накопления может направить средства на потребление либо досрочное погашение кредитов, особенно когда больше половины бюджета населения в среднем приходится на продовольственные расходы. При этом эксперт подчеркнул, что реакция будет неоднородной и зависит от финансового положения домохозяйств. Для семей с достаточным запасом сбережений снижение депозитных ставок может стать поводом для пересмотра распределения средств между потреблением, …